Первый маскулистский

То, о чем не принято говорить. Осторожно, возможно Бамболейо! Мы не хотим никого провоцировать данной статьёй и нести пропаганду в массы, поэтому убедительная просьба не расставаться со своей адекватностью и просто взглянуть на информацию с новой стороны. Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов. — (прим. ред.)

Недавно я опубликовал интервью с Анной Сволочовой — яркой и активной представительницей феминиcтического движения и «бодипозитива». Анна отметила, что силы движения направлены на то, чтобы работать исключительно с женщинами (что вполне логично). Далее, опять-таки отвечая на мои вопросы, Анна обозначила, что к маскулизму (к сожалению, я не уточнил, вообще ли, или только в лице данного сообщества) она относится негативно, считая движение мизогинным (Мизогини́я — ненависть по отношению к женщинам, женоненавистничество). Что ж, данный ответ меня немного заинтриговал, и я решил побеседовать с представителем того самого сообщества, которое я привел в пример маскулизма. Человек этот придерживается весьма своеобразной, но анонимности.

Итак, некто Militant Apathy — герой нашего сегодняшнего интервью.

rHi8uwOzVS8

— Откуда пришла идея, которая послужила созданию данного сообщества?
— Чекмейт изначально задумывался как площадка для критики «феминизма ненависти» с общеантисексистских (т.е. в равной мере учитывающих и мужские, и женские интересы) позиций. Попутно мы доносили до общественности мысль, что бывает и феминизм со знаком «плюс», и что женщины тоже серьезно страдают от угнетения по признаку пола в некоторых областях. Со временем пришлось от этой линии отойти — на фоне отсутствия маскулистских площадок с качественным и политически корректным контентом, становилось все более очевидным, что куда актуальнее будет сосредоточиться именно на мужской проблематике. На данный момент мы имеем тысячи инициатив в оффлайне, отстаивающих женские права на всех уровнях, и тысячи сообществ в онлайне, рассказывающих о проблемах женщин, — что вызвало закономерный вопрос: а кто займется проблемами мужчин? И понеслось…

— Чего именно Вы добиваетесь?
— Для начала — того, чтобы общественность наконец заметила специфичные для наших социальных групп (мужчины/биологические мужчины/ТГЛБК+) проблемы, усомнилась в истинности навязываемых догм и научилась воспринимать нас не как расходный материал без собственных потребностей и чувств, но как живых, черт возьми, людей. И процесс уже пошел. Быть может, никаких радикальных перемен при жизни мы не узреем, но некоторые позитивные подвижки все-таки видятся мне вполне достижимыми.

— Как часто случается такое, что Ваше дело принимают «в штыки» или просто неправильно трактуют?
— Ежедневно. Стараюсь не тратить время на споры, хоть и аргументация с нашей стороны за все это время выработалась поистине непробиваемая. «Какая еще дискриминация мужчин?» Откройте список гендерных законов из УК, УПК, ФЗ «О воинской обязанности и военной службе». «Но ведь мужчины в среднем сильнее женщин!». Откройте среднестатические данные, и не увидите ничего, что говорит о конкретном человеке. «Женщины угнетены сильнее!» Нужен перечень статистики по условиям труда, смертности от болезней и несчастных случаев на рабочем месте, жертвам преступности, жертвам домашнего насилия, жертвам самоубийств, средней продолжительности жизни, количеству бездомных?  У людей, еще не разучившихся думать собственной головой, дурацких возражений и вопросов больше не возникнет.

hP_1MeAxTFo

— Как Вы относитесь к людям, разделяющим консервативные взгляды («мужчина должен …»), но при этом особо не агрессивничают (без брезгливых взглядов в сторону человека, который этих взглядов не разделяет).
— Если это никому не навязывается (особенно детям) — да на здоровье. Только пусть все равно держатся от меня подальше.

— Расскажите про то, как Вы сами пришли к идее маскулизма и что было с Вами до этого.
— Я персона не публичная, посему слезоточивой «истории успеха» здесь не будет. Скажу лишь, что было непомерно много ужаса, преследовавшего и до сих пор преследующего меня и некоторых близких мне людей. Преследовавшего и преследующего только потому, что нас угораздило появиться на свет с мужскими гениталиями и не вписаться в рамки так называемой мужской коробки — социального конструкта, ограничивающего людей мужского пола в праве самореализоваться нестандартно, уродующего их психику. Осознал я все это относительно недавно — года три тому назад на волне активного участия в левых инициативах — так мне открылась и классовая природа происходящего вокруг кошмара. Подумайте только: вас могут избить до полусмерти или истыкать ножом за «неправильный», «не мужской» внешний вид, а «родное» государство может в любой момент выдернуть вас из зоны относительного комфорта и погнать на убой, словно скот, руководствуясь исключительно вашей половой принадлежностью. Последнее — самое страшное — оно осуществлялось еще столетия назад, и оно продлится еще невесть сколько. А еще становится по-настоящему, до дрожи жутко оттого, что об этом-то никто толком и не задумывается. Часто доводится слышать: «А, не парься, так было всегда». Знаете, я бы все отдал, лишь бы это «всегда» наконец закончилось.

— Поскольку Вы маскулист, очень интересно узнать про Ваше отношение к феминизму (от того, что несет в себе «равенство», до мутировавшего, что несет в себе совершенно абсурдные идеи) и его ответвлениям.
— К феминизму как таковому отношусь нейтрально. Это слишком неоднородная среда. Да, я поддерживаю некоторые инициативы — как я уже говорил выше, угнетение женщин никуда не делось, особенно в странах третьего мира, однако с некоторых пор феминистом себя не называю. Почему? Во-первых, феминизм агрессивно вытесняет нас из бодипозитива и ЛГБТ-движения (узурпируя его и превращая в очередное движение за права традиционных женщин). Во-вторых, потому что даже самый либеральный феминизм не может обеспечить мне безопасное пространство, где никто не будет мешать моей работе постоянным обесцениваем моего опыта и опыта людей социальных групп, к которым я принадлежу, где никто не будет презрительно глумиться и юродствовать, где такие вот особы и особи за подобные выходки будут раз и навсегда выставляться за дверь. Я сейчас не даю никаких инструкций — я лишь констатирую факт существующего бардака, одновременно признавая, что феминизм — в первую очередь для женщин, и прежде всего женщинам решать, каким он должен быть. Мы же пойдем другим путем — с более склонными к эмпатии попутчиками и попутчицами, которые не станут смеяться над всеми теми кошмарами, что многие из нас пережили, попросту потому как родились с набором хромосом расходного пола и не захотели смириться со считающимся легитимным порядком вещей. Что бы я хотел от радикального феминизма (и прочих буржуазных протекционистских ответвлений, то есть всех, ставящих приоритетной задачей сохранение и дальнейшее расширение женской привилегированности)? Для начала, поменьше ненависти и обесценивающей демагогии. Но, походу, это невозможно, так как весь радфем держится на ненависти и бесконечной, насквозь лживой демагогии о «войне против женщин» и «абсолютной власти мужчин».

HwOVAw6L-tc

— С какими трудностями Вы сталкиваетесь внутри собственных инициатив?

— Прежде всего следует отметить такую проблему, как кадровый кризис. В нашем штабе присутствуют достаточно талантливые люди, но имеющегося явно недостаточно: у кого учеба, у кого работа, у кого все перечисленное плюс депрессия; все загружены по самое «не хочу», а потребность в компетентных кадрах нарастает с каждым месяцем. Речь ведется о создателях текстового и графического контента, переводчиках, лицах с опытом гражданского активизма, юристах и психологах. С финансовой стороной вопроса тоже не все хорошо, однако жаловаться не намерен.

— Какие у Вас планы на будущее и что Вы скажете тем, кто только-только открыл Вас для себя?

— Планы масштабные, не скрою. Планируется написать Манифест, а осенью на улицах Санкт-Петербурга проведется ряд мероприятий в защиту мужских прав. Далее последуют и другие города, включая Уфу. Из кучки фанатиков мы постепенно превратимся в реальную, многочисленную и последовательную силу. Но всему свое время.

Маскулизм равенства представлен достаточно различающимися между собой людьми с самыми разными политическими воззрениями (пожалуй, за исключением ультраправых). Все сходимся по меньшей мере в одном: мизандрия (то есть мужененавистничество, заключающееся и в узаконенной дискриминации мужчин, и во вполне безобидных, на первый взгляд, стереотипах) действительно представляет собой реальную угрозу. Удалось бы спасти немало мужских жизней, если бы мужчин не учили с детства молчать в ответ на любую совершающуюся над ними несправедливость. Я говорю и о насилии со стороны женщин, и о насилии со стороны государства, и в целом о любом насилии, имеющим гендерную и классовую подоплеку. Мы в любой момент можем столкнуться с этим, кто угодно, и многие из нас воспринимают это или как должное, само собой разумеющееся, или как нечто невозможное, отдаленное от мира сего. В сторону маскулистов нередко доносятся упреки в том, что они трусы и слабаки, раз отказались нести столь тяжкую ношу — бремя стиснуть зубы и быть мужиком. Но это не так — трусы и слабаки — как раз те, кто боится поведать о своих проблемах и заявить о своих правах. И они называют это мужественностью. Вспоминается отрывок из одного старого текста:

«Быть мужчиной — значит бояться, и бояться показать, что боишься. Мужественность — это клубок страхов и комплексов, это ария вечного ужаса под маской Made in China смелости. Дети прячут голову под одеяло от страха перед монстрами в темной комнате. Мужчины прячут голову под фальшивой смелостью».

Я бы не прочь рассказать еще очень многое, но ограничен временем и допустимым количеством символов на один пост. Напоследок хотелось бы обратиться к сознательным читателям мужского пола с пожеланием не быть настоящими мужчинами, а быть по-настоящему сильными и биться за право быть слабыми. В любом месте и в любое время. И пусть XXI век станет веком освобождения мужчин.

 

 

 

The following two tabs change content below.
Злобный провинциал

Злобный провинциал

Сорокалетний домохозяин с причудливыми желаниями из великого русского подуфимья. Многие материалы написаны либо в обнажённом, либо в нетрезвом виде. Однажды поступил в интернет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
  • Alex Plackhin

    Отличное интервью. Чётко и по делу.