Александр Вертинский: «У меня нет ничего, кроме мирового имени»

На самом деле, начиная писать эту статью, я прекрасно понимал, что она нацелена на провал. Не первый год, и даже не первый десяток лет ведутся дискуссии по поводу творчества, наверно, самого неординарного поэта, актера, исполнителя Александра Николаевича Вертинского. Я не буду подробно расписывать и без того крайне насыщенную биографию поэта, но постараюсь хотя бы на миллиметр продвинуться к пониманию сущности поэзии автора. Не поэзии как стихотворной формы и рифмы, а поэзии как глубинного смысла и жизненного опыта который мы перенимаем из произведений черного пьеро.

Начнем с того, что на творчество Вертинского сильное влияние оказала поэзия Александра Блока. Вертинского всегда пленила та таинственная атмосфера, которую мы можем ощущать, читая стихотворения Александра Александровича. Но нельзя сказать, что он подражал Блоку, скорее его увлекали его поэтические образы, которые, несомненно, были крайне насыщенными.

Свою славу и признание Вертинский получил, благодаря эстрадной деятельности. Его песни (сам Александр Николаевич называл их «ариетки») имели огромный спрос не только в советском союзе но и за рубежом: Франция, США, Китай (в частности Шанхай). На мой взгляд, лучшие его произведения были написаны в период его жизни в Париже. Тогда в его концертную программу входили такие бессмертные произведения как: «Танго Магнолия», «Желтый Ангел», «Femme raffinee», «Оловянное сердце», которые и по сей день остаются визитной карточкой артиста.

Ходят много слухов и легенд про Вертинского, вот одна из моих любимых:

«…Вернувшись на родину, был он на гастролях в его любимом Киеве. Едет Вертинский в трамвае по Бессарабке. А одет, конечно, в черный плащ до пят, белый шарф, на голове широкополая шляпа. Тут какая-то зеленщица с рынка пробивается к выходу со своими корзинами. И вдруг как закричит: «Смотрите, интеллигент, а толкается, как ключник!» Александр Николаевич поворачивается к ней и говорит: «А с чего вы взяли, что я интеллигент? Возможно, я такое же дерьмо, как и вы!»»

Несмотря на то, что Вертинский все время находился в высших богемных кругах, он не обладал присущим буржуа снобизмом, скорее наоборот. Александр Николаевич не презирал толпу и бедных людей, именно поэтому многие его песни о маленьких людях («Желтый Ангел», «Кокаинетка», «Безноженька», клоуны пахнущие псиной и.т.д.). В этом прослеживается некая достоевщина в творчестве поэта. Повышенная саморефлексия, противоречивость чувств, душевная неуравновешенность, страдание и обреченность как совокупность черт героев, несомненно являются неотъемлемой частью  произведений автора.

Вертинский был глубоко убежден, что человек не имеет права кичиться своим социальным статусом, но может возвышаться своим талантом.

YtM3AKn8N4M

Нельзя не затронуть тему любви в творчестве Александра Вертинского. Всю его жизнь, Вертинского преследовал шлейф ловеласа, планетарного любовника. Достаточно вспомнить его роман с Марлен Дитрих, главным секс-символом того времени. Но не смотря на всю его репутацию и все слухи про него, поэт всегда был верен и любил только одну женщину- свою жену Лидию, которую он ласково называл Лилечкой. Нельзя не отметить его безграничную любовь к его двум дочерям: Марианне и Анастасии. Им Вертинский посвятил стихотворение «Доченьки». Александр Николаевич всегда обращался со своими дочерями как с женщинами, и хоть у них был довольно скверный характер, снисходительно относился к их капризам. «У меня выросли две стервы»- говорил он жене.

Как я и предполагал, невозможно полностью охватить всю глубину творчества Александра Вертинского, а рассматривать отдельные её части не имеет смысла. Хочется лишь сказать: «Почитайте Вертинского, прикосновение к его поэзии все равно что-то даст.» Почитайте про мертвые седые корабли, плавающие в сиреневом тумане, про пальцы пахнущие ладаном, про остров где растет голубой тюльпан, про бананово-лимонный Сингапур и конечно же про желтого Ангела прыгающего с потухшей елки:

«…И тогда с потухшей елки тихо спрыгнул желтый Ангел

И сказал: «Маэстро бедный, Вы устали, Вы больны.

Говорят, что Вы в притонах по ночам поете танго.

Даже в нашем добром небе были все удивлены».

 

И, закрыв лицо руками, я внимал жестокой речи,

Утирая фраком слезы, слезы боли и стыда.

А высоко в синем небе догорали божьи свечи

И печальный желтый Ангел тихо таял без следа.»

The following two tabs change content below.
Глеб Бенгальский

Глеб Бенгальский

Подгоняет фуфеля. Грузен, малообщителен, перспективен. В свободное от жизни время пишет стихи с претензией на боль. Изучает точные науки посредством перверсивной ассимиляции. С самооценкой на выход. Свою любовь к бульварной литературе скрывает под пеленой псевдоинтеллектуальности. Не смотрит телевизор по вторникам. Часто допускает ошибки в слове «либерализм».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});